От Балобана: Седьмая неделя российского вмешательства в Сирии – драматический рост интенсивности.

Источник: http://thesaker.is/week-seven-of-the-russian-intervention-in-syria-dramatic-surge-in-intensity/

20 ноября 2015

Selection_0012

Эта колонка была написана для Unz Review:
http://www.unz.com/tsaker/week-seven-of-the-russian-intervention-in-syria-dramatic-surge-in-intensity

Перевод: Seva

От редактора: Этот текст был написан до трагического случая с нашим самолетом и военнослужащими в Сирии. Тем не менее, некоторые наблюдения все еще  представляют интерес, потому что показывают определенную логику развития событий, которая, возможно, и привела к тому, что случилось с нашим самолетом. Обратите внимание на анализ расширения нашей группировки в Сирии, на отношение к государствам-спонсорам ИГИЛ и на вероятное развитие ситуации с российско-французской коалицией (прогноз подтвердился).

Два события доминировали на этой неделе: террористическая атака в Париже, и официальное заключение России, что рейс 9268 Когалымавиа был уничтожен бомбой.

Некоторые считают, что самой правильной политикой США было бы сотрудничество с Россией. Это, конечно, было бы разумно для США, как страны, но совершенно неприемлемо для США как Империи.

Во-первых, я хочу отметить, что вопреки многим предсказаниям, что Россия, Египет, и другие заинтересованные страны будут скрывать эту атаку, этого не случилось. И Россия, и Египет вели себя честно с первого дня. В этом содержится урок: в то время как некоторые политики неспособны говорить правду даже когда они пытаются, у других нет такой проблемы. Ложь – это стандартный образ действий большинства (всех ?) “западных” (управляемых Империей) государств, но это так не везде. Неправильно считать, что Россия – это “анти-США”, и что Кремль проводит политику систематического обмана, как Белый Дом. В той мере, в какой Россию можно рассматривать, как “анти-США”, это включает совершенно другие методы и мотивы.

Во-вторых, и это может показаться неожиданным, трудно отрицать, что ИГИЛ сделал все возможное, чтобы вызвать месть: они не только немедленно заявили, что взорвали рейс 9268, они также взяли ответственность за парижские атаки, и даже погрозили устроить еще, в том числе против США. Это может выглядеть странным, но кажется что ИГИЛ делает все возможное, чтобы создать широкую международную коалицию для его уничтожения. Это нужно помнить, когда мы рассматриваем ответные действия России, Франции, и других (см. ниже), хотя еще рано называть недавнюю атаку во Франции “операцией под чужим флагом”, логично считать такую возможность вероятной, а то и очень вероятной. Я не сторонник скороспелых выводов и предпочитаю подождать дополнительной информации. Хотя сейчас безразлично, был ли это “настоящий” теракт, или “операция под чужим флагом”. Почему? Потому что была ли французское “глубинное государство” сообщником или виновником, или государство совсем некомпетентно, “в акции важна реакция” – то есть, Франция вовлечена в свою собственную военную операцию в Сирии, и она ее проводит в координации с Россией. Поэтому сейчас я предлагаю сосредоточиться на этом.

Но сначала давайте обратимся к действительно важным событиям этой недели.

Россия драматически расширяет операцию против ИГИЛ

Драматическое расширение российских ударов по ИГИЛ достаточно важно, чтобы заслуживать более подробного рассмотрения.

Во-первых, с чисто военной точки зрения, то, что Россия сделала, было предсказуемым (я предсказывал это уже несколько недель) и очень важно. Небольшой российский контингент на авиабазе Хмеймим в Латакии, хоть и удивительно умелый и просто героический, был слишком мал, чтобы нанести большой ущерб ИГИЛ. Хоть Россия и не имеет таких возможностей проецировать силу, как США, несмотря на это, Россия успешно создала аэродром способный поддерживать непрерывные дневные и ночные операции 50 самолетов за рекордное время. И это было сделано так, что Империя не имела хороших разведданных о российских намерениях. Когда Империя поняла, что сделала Россия, было уже поздно ее останавливать. В смысле организации и логистики, это была блестящая операция, и те, кто ее провел, несомненно заслуживают наград и повышения в звании. Я упоминаю об этом, потому что было просто невозможно развернуть большие силы. Даже сейчас авиабаза Хмеймим перегружена полетами, и развертывание там дополнительных самолетов сделало бы трудную ситуацию еще хуже. Поэтому я предсказал, что дальняя авиация будет задействована, по крайней мере временно, пока либо “Хмеймим-2” будет построен в Латакии, или другие авиабазы станут доступны (возможно, в Иране). Суть состоит в том, что Россия должна была использовать дальнюю авиацию. Здесь интересное видео, как два Су-30СМ сопровождают Ту-160 во время запуска крылатых ракет:

Второе, и это важно, Россия явно решила воспользоваться тем, что дальняя авиация не ограничена логистическими трудностями. Силы, которые она привлекла, большие и мощные: не только 34 дополнительных самолета добавились к российской авиации в Сирии (включая мощные Су-34: к 4 самолетам, которые уже действуют в Сирии, добавлены еще 8, что доводит их число до 12), но и 25 дальних бомбардировщиков теперь включены в российскую операцию, в том числе Ту-22М3, Ту-95МС, и Ту-160. Это – “большая дубинка”. Даже “старые” Ту-95МС и Ту-22М3 – это глубоко модернизированные версии отличных самолетов, которые могут доставить много мощных и точных боеприпасов в любую погоду, включая бомбы и стратегические крылатые ракеты. То есть, Россия удвоила свои возможности в Сирии, и увеличила их еще больше, считая дальние бомбардировщики базирующиеся в России. То есть, российские воздушные силы теперь намного превышают те, которые Франция доставит на авианосце Шарль де Голль и то, что Империя до сих пор использовала. Можно теперь ожидать, что логистика, коммуникации, и инфраструктура ИГИЛ будут серьезно нарушены. И чтобы сделать так, что ущерб наносится там, где он наиболее чувствителен, Россия начала атаки дальней авиации с ударов по сетям перегонки и нефти, включая склады, бензовозы, заправки, и т. д. Российские дальние бомбардировщики не будут действовать против боевиков на фронте, но их удары по ифраструктуре ИГИЛ высвободят российские вертолеты и Су-25 для того, чтобы обеспечить воздушную поддержку сирийским частям (пока эта задача выполнялась сирийской авиацией, которая не может летать ночью). Я думаю, что имеющиеся Су-24 и Су-34 теперь будут больше работать на фронтах, обеспечивая сирийцев огневой мощью, которая им очень нужна. То есть, Россия задействовала “большую дубинку” и теперь нанесет серьезный ущерб ИГИЛ. Однако помните, что ИГИЛ именно этого и хотел (см. выше).

Третье. Кремль очень успешно “продал” увеличение интенсивности российской операции в Сирии. Опросы показывают, что большинство россиян одобряют. Хотя, от своих знакомых в России я слышу, что они одобряют, но опасаются. Нельзя отрицать, что с Россией произошло то, что я бы назвал  “разбуханием мандата”: начав с вмешательства чтобы помочь сирийцам победить сумасшедших такфиров за границей, чтобы не воевать с ними дома, теперь Россия обещает отомстить за убийство своих граждан. Путин выразился очень ясно, когда сказал, что войска и спецслужбы будут использоваться, чтобы поймать ответственных за это преступление. Он сказал:

Мы найдем и накажем этих преступников. Мы это сделаем без срока давности. Мы выясним все их имена. Мы их найдем всюду, где бы они ни прятались. Мы найдем их в любой точке планеты и накажем их.”

Он даже добавил предупреждение в стиле Буша-младшего, что все, кто поддерживает и защищает их несут всю ответственность за последствия.

“Все, кто помогает этим преступникам, должны знать, что ответственность за эту помощь лежит полностью на них”.

Помните, что в последний раз, когда Путин выступил с таким предупреждением, был 1999 год, когда он пообещал, что Россия найдет чеченских ваххабитов-террористов где угодно, “даже в сортире”, и убьет каждого из них. В тот раз Путин употребил русское идиоматическое выражение “мочить”. Не так хорошо помнят, что русские именно это и сделали: они убили каждого лидера такфиров, включая Бараева, Дудаева, Масхадова, Яндарбиева, Хаттаба, Радуева, Басаева, и многих других. Некоторые из этих казней были неудачными (Яндарбиев), другие были безупречны (Дудаев, Хаттаб). Но Путин убил каждого из них. Каждого. Путин только что произнес такую же угрозу, хоть и в более дипломатических выражениях. И хотя большинство россиян согласны с Путиным, и хотя они знают, что он не делает пустых угроз, они также понимают, что локальная военная операция превратилась в потенциально всемирную охоту на террористов. Учитывая, как плохо США с этим справились после 9/11, есть много причин для беспокойства. Но я сразу добавлю, что большинство россиян понимают, что Путин и Буш-младший в разных весовых категориях, и что, в то время как США хронически не могут сделать ничего правильно, “Россия не начинает войн – она их заканчивает” (как говорят в России). Короче, я верю, что Россия не повторит ошибок бессмысленных американских неоконов, и что охота на лидеров ИГИЛ теперь началась.

Четвертое. Во всем этом есть политический аспект, по поводу которого я не уверен. Все в России знают, что Катар – главный спонсор терроризма и в Сирии, и в Египте. Как Кремль соединит это знание с публичным обещанием наказать каждого виноватого в убийстве 224 российских граждан, трудно понять. Посколько Катар, по сути, одна большая военная база США – невозможно ударить по Катару, не ударив по Центральному Командованию США (CENTCOM – объединенное командование Министерства обороны США, ответственное за возможные военные действия в 20 странах Ближнего Востока и Средней Азии – прим. перевод.). С другой стороны, русские могут решить убить специфических катарских официальных лиц в разных “несчастных случаях”. Точно известно, что у российской службы внешней разведки – СВР – есть команды, которые могут это сделать (Заслон, Вымпел), как и Главный Разведывательный Директорат Генерального Штаба – ГРУ – у которого есть офицерские команды спецназа ГРУ и специальные подразделения, которые могут проводить такие операции. Чтобы иметь возможность все отрицать (если цель состоит в этом), русские могут использовать связи с мафией (многие члены которой бывшие работники спецслужб, особенно из средних чинов), чтобы заключить “контракт” на такую операцию. Какой бы вариант Кремль ни выбрал, если бы я был Катарским официальным лицом, замешанным в этом преступлении, я бы плохо спал. Короче, Путин публично сделал делом своей чести наказание каждого подонка, замешанного в этом преступлении, кто бы он ни был, и я верю, что он выполнит свое обещание.

Пятое. Есть и другие государства, кроме Катара, которые спонсируют ИГИЛ. Они включают Турцию (и, тем самым, НАТО), Саудовскую Аравию, и даже Украину (смотри здесь и здесь). Потенциально все они могут стать мишенями ответных действий России (чего бы это ни стоило). Наконец, есть западные финансовые учреждения, которые оказывают критически важные услуги ИГИЛу, в том числе связанные с экспортом нефти с территорий, контролируемых ИГИЛ и импортом современных вооружений (главным образом сделанных в США) на территорию ИГИЛ. Список большой, и то, что Россия публично грозила многим сильным организациям, серьезно увеличило российскую вовлеченность в эту войну.

Шестое. Как при всякой эскалации, ставки и риски России сейчас резко выросли. Временные рамки изменились с “примерно три месяца” до “сколько понадобится”, размеры и природа участвующих сил теперь отражается на политическом престиже России. Все это делает Россию мишенью мести ИГИЛ, как внутри страны, так и за границей. Теперь, когда Путин официально заявил, что российские спецслужбы получили задание убрать всех, кто причастен к взрыву российского самолета, использование наземных сил, хотя бы только сил спецслужб, становится гораздо более вероятным. Для человека типа меня, который не хочет использования военной силы, тревожно наблюдать, как быстро Россия втягивается в войну в Сирии, без стратегии выхода из нее, которой я не вижу, во всяком случае в предвидимом будущем. Я лично не верю, что Россия направит наземные силы, но я не могу сказать, что я абсолютно уверен, что этого не случится. Непредсказуемые события могут заставить Россию это сделать.

Теракты в Париже

Как бы трагичны и ужасны они ни были, первое, что приходит в голову, так это неприличная разница между тем, как западная пресса и зомбировання публика отреагировала на гибель 129 (временная цифра) погибших французов и 224 убитых русских. Уже было “Je suis Charlie” уродство, и сейчас происходит “Je suis Paris” коллективное (планетарное) шоу горя. Я что-то не припоминаю никаких шоу “Je suis Russie” или “Je suis Donbass”. Или “Je suis Aleppo” или даже “Je suis Iraq”. Такое впечатление, что русские и арабские жизни значат намного меньше, чем американские и французские жизни (хотя в одном только Ираке счет погибших превышает миллион). Это отвратительно, не вызывает уважения, совершенно бесчестно и глупо. Это не уважение к жертвам, но обыкновенная вызванная СМИ истерия. Запад должен стыдиться такого отсутствия смелости и зрелости. Они что, серьезно думали, что они могут играть в эти “террористические игры” и не оказаться жертвами в конечном счете (под ложным флагом или нет)? Не предупреждал ли Путин именно об этом:

“Я должен спросить тех, кто создал эту ситуацию: вы хоть понимаете, что натворили? Но я боюсь, что этот вопрос останется без ответа, потому, что они не отказались от своей политики, которая основана на наглости, исключительности, и безнаказанности. (…) Само исламское государство не появилось из ничего. Оно было изначально создано как оружие против нежелательных светских режимов. (…) Ситуация очень опасная. В этих условиях лицемерно и безответственно делать декларации об угрозе терроризма и в то же время закрывать глаза на каналы поддержки и финансирования террористов, включая доходы от контрабанды наркотиков, нелегальной торговли нефтью и оружием. Так же безответственно манипулировать экстремистскими группами и использовать их для достижения политических целей, надеясь, что потом найдется способ их убрать. Я бы хотел сказать тем, кто это делает: господа, люди, с которыми вы имеете дело, жестокие, но не глупые. Они не глупее вас. Так что большой вопрос, кто кем играет. Недавний инцидент, когда самая “умеренная” оппозиционная группа передала оружие террористам – яркий пример этого. Мы считаем, что любые попытки флиртовать с террористами, и тем более их вооружать, близоруки и очень опасны. Они сделают глобальную террористическую угрозу намного большей, распространят ее на другие районы по всему миру, особенно потому, что боевики из многих стран, включая европейские, приобретают боевой опыт с Исламским Государством. К сожалению, Россия не исключение. Теперь, когда эти бандиты почувствовали вкус крови, мы не можем позволить им вернуться домой и продолжить их преступную деятельность. Ведь никто этого не хочет?”

Пророческие слова Путина. Но поскольку у АнглоСионистов длинная и “славная” традиция использования эскадронов смерти, жестоких диктатур, и террористов, слова Путина проигнорировали. Даже после парижских терактов Запад продолжает поддерживать нацистов на Украине. Наверное, понадобится нацистское преступление в Лондоне, Варшаве, или Мюнхене, чтобы зомбированная западная публика проснулась и осознала, что финансирование и использование террористов – всегда очень опасная политика. Иначе Запад продолжит замкнутый круг терактов и демонстрации горя, снова и снова.

[Заметка на полях: Меня часто критикуют за то, что я утверждаю, что Россия не принадлежит и никогда не будет принадлежать к Западу. Если вы считаете, что я не прав, задайте себе простой вопрос: почему к российским жертвам преступлений (в том числе преступлений, которые спонсирует Запад) относятся так же, как к черным и коричневым людям, а не как к якобы “цивилизованным” белым?]

Большинство русских не только не боится Запада, но считает, что он покалечен узколобым потребительством, лишен морали и этики, невероятно необразован и провинциален, и страдает необратимым инфантилизмом.

Как я хочу, чтобы большинство людей на Западе понимали русский язык, читали русские газеты, смотрели русские информационные рограммы (talkshows), и слышали, что говорят на русских конференциях! Они бы увидели то, что их убеждали считать невозможным: большинство русских не только не боится Запада, но считает, что он покалечен узколобым потребительством, лишен морали и этики, невероятно необразован и провинциален, и страдает необратимым инфантилизмом. Даже крохотное прозападное меньшинство отчаялось защищать Запад, и отвечает на обычное цунами анти-западных аргументов в духе “а что, мы сами разве не так же плохи”, или даже “не будем опускаться до их уровня”. Поразительно видеть это в стране, которая еще 20-30 лет назад только что не молилась на все западное! Страна, которую больше всего презирают и над которой насмехаются, это, конечно, Польша, но и Франция не сильно отстает в списке самых жалких. Что касается США, то это наименее презираемый противник, просто потому, что русские уважают США за защиту того, что они считают своими национальными интересами, и за то, что они сделали Европу своей “шавкой”. Русские всегда говорят, что, чтобы что-то сделать, надо говорить с США, и не терять время с их европейской колонией.

Если мы посмотрим дальше несколько стыдной демонстрации нарциссической жалости к самой себе, встает вопрос, что же Франция будет делать. Здесь, опять, есть два аспекта.

Первое, с чисто военной точки зрения, Франция теперь направит Шарль де Голль с его Рафалями для ударов по ИГИЛ. Хорошо, но по сравнению с тем, что Россия бросила на борьбу, это погоды не делает.

Второе, с политической точки зрения, Франция может сделать что-то интересное: похоже, что она договорилась с Россией, что российские силы будут “прикрывать” французские. Я не уверен, зачем Рафалям нужно “прикрытие”, ну да ладно – важно, что Франция по сути заключила союз с Россией по Сирии, что, в свою очередь, может открыть двери для других западных стран. То есть, мы можем (наконец!) увидеть международную коалицию под руководством России для борьбы с ИГИЛ, и это, в свою очередь, означает, что эти страны окажутся де факто в союзе с Дамаском. Если Северная Европа идет в ногу с Дядей Сэмом, страны Южной Европы (Италия? Греция?) могут решить помочь России, как могут и Египет и Иордания. Я не уверен, что такая коалиция сложится, но теперь это может произойти, и это уже само по себе интересное развитие событий. Однако Олланд скоро встречается с Обамой в США, и ему наверное ясно скажут, что он не должен “играть в союз” с Россией. Учитывая, каким услужливым Олланд всегда был по отношению к США, у меня нет нет оптимизма по поводу того, что Франция объединит силы с Россией.

Третье, я не сомневаюсь, хоть многие с этим и не согласны, что сионистский режим в Париже максимально использует эти события для разжигания анти-исламской истерии во Франции. Я не имею в виду глупую попытку подать не халяльную еду с вином иранскому лидеру, который к тому же клерик, или “старую” борьбу с хиджабом во французских школах. Я имею в виду открытое заявление, что традиционный ислам не совместим со светской Французской Республикой, и что поэтому он опасен для общества. Напротив, единственно “хорошей” формой ислама является коллаборационизм с сионистским режимом, примером чего является небезизвестный Хассен Чалгуми (Hassen Chalghoumi), имам мечети в Дранси (Drancy).

Посыл ясен: то “хороший мусульманин” только если ты “сионистский мусульманин”. Все остальные – потенциальные или реальные террористы, и с ними нужно обращаться соответственно. Это, в свою очередь, облегчает задачу тех, кто рекрутирует для такфиров, находить больше добровольцев для террористической деятельности, Это позволяет режиму принимать еще более драконовские законы, в том числе против свободы слова и интернета. Быть настоящим практикующим мусульманином во Франции будет в ближайшем будущем очень трудно. Мне кажется, что предупреждения Шейха Имрана Хосейна (Sheikh Imran Hosein) оправдываются.

Неизвестная “точка коллапса” ИГИЛа

После шести недель очень серьезных боев, Россия задействовала “большую дубинку”, но те, кто ждет, что ИГИЛ развалится под авиаударами России не должны радоваться преждевременно. Разгром ИГИЛ, вероятно, потребует гораздо больших усилий. Позвольте объяснить, почему я говорю “вероятно”.

Впервые за многие недели и месяцы ИГИЛ в трудной ситуации, еще не отчаянной, но трудной. Если ничего в нынешней динамике не изменится, время начинает работать против ИГИЛ. Тем не менее, устойчивость ИГИЛ в нынешней ситуации практически невозможно предсказать, во всяком случае без надежной информации с фронта, а ее нет у большинства аналитиков, включая меня. Когда армия попадает под давление, как ИГИЛ, где-то есть точка коллапса, после которой она разваливается очень быстро. Проблема состоит в том, что очень трудно оценить, как далеко во времени отстоит эта (чисто теоретическая) точка коллапса, потому что это зависит от морального состояния и решимости боевиков ИГИЛ. Все, что мы можем сказать сейчас, это то, что такая точка коллапса существует в будущем, и что мы надеемся, что она будет достигнута скоро. Но мы также должны помнить, что это может никогда не случиться. Кроме того, мы должны серьезно проанализировать самое непонятное во всем этом: зачем ИГИЛ добровольно поставил себя в такое положение. Вот несколько гипотез я смог придумать:

1) Лидеры ИГИЛа полные психи. Они так спешат в рай, что они хотят только погибнуть в борьбе с неверными. Или, они настолько обманывают себя по поводу своей силы, что они думают, будто они могут воевать со всей планетой и победить. Хоть я и не могу полностью отвергнуть эту гипотезу, мне она кажется маловероятной, потому что хоть рядовые такфиры и безграмотные козопасы, средние и высшие командиры – неглупые и хорошо образованные люди.

2) ИГИЛ пережил свою полезность для Англо-Сионистской Империи и теперь отправлен на битву, в которой он не может победить, но в которой погибнут тысячи теперь бесполезных отморозков. Может быть. Я не знаю, где можно найти доказательства этой гипотезы, но она по крайней мере кажется мне логичной.

3) Настоящая цель ИГИЛа всегда была нанести такой ущерб всему Ближнему Востоку, что по сравнению, израильская оккупация покажется освобождением тем “счастливчикам”, которые переживут средневековые ужасы ИГИЛа на территориях, которые он контролирует. В этом случае, чем больше и кровавее война, тем лучше для Израиля, который взял сравнительно сильное государство со сравнительно сильными Баасистскими лидерами – Асёсадом старшим и младшим – и превратил его в кучу дымящихся руин. Проблема этой теории состоит в том, что ИГИЛ скорее всего не победит, и что Асад выйдет из этого сильнее, а не слабее. Не говоря уже о том, что у Сирии сейчас есть небольшая, но закаленная в боях армия, в то время как “непобедимый” Цахал имеет только опыт стрелять в безоружных гражданских. Так что если план был подготовить регион к будущему “Великому Израилю”, то он бездарно провалился.

Честно говоря, ни одна из этих гипотез не кажется убедительной, и это заставляет меня нервничать. Вопрос, который преследует всех аналитиков, “что я упустил из виду”, и в этом случае он преследует меня. Я не могу себе представить, что лидеры ИГИЛ могут искренне верить, что они могут выиграть “войну со всеми”, которую они развязали. Я надеюсь, что кто-то с лучшим пониманием ИГИЛа, кто понимает арабский и хорошо знает такфирскую литературу, сможет нам всем ответить на этот простой вопрос: чего на самом деле хочет ИГИЛ? Я с готовностью признаю, что я понятия не имею. И это меня беспокоит.

Сопротивление и его возможности

После семи недель российского вмешательства Сопротивление Империи работает хорошо и может интенсифицировать борьбу. В первую очередь, больше всего сейчас нужно больше войск на земле. Я все еще верю, что Россия не пошлет наземные войска в Сирию. По-моему, Хезболла близок к пределу своих возможностей. Если я ничего не упускаю, единственный участник, который может предоставить больше наземных войск, это Иран. Сейчас официальная позиция Москвы состоит в том, что одна из целей российского вмешательства, это дать сирийцам время реорганизоваться и набрать большую армию. Может быть. Я надеюсь, что они смогут сделать это достаточно скоро, чтобы воспользоваться преимуществами, созданными российским вмешательством.

Что касается России, то она тоже близка к пределам своих возможностей. Она могла бы послать больше самолетов, но она этого не делает потому, что знает пределы возможностей авиации в гражданской войне. Тем не менее, сейчас Россия действует всерьез. По последним данным, недавние российские удары были впечатляющими: десять кораблей с Каспия и из Средиземного моря координировали удары стратегическими крылатыми ракетами по целям ИГИЛ. 18 крылатых ракет было запущено только четырьмя кораблями из Каспийской флотилии, как видно на этом видео:

По официальным данным, только за четыре дня, российская авиация совершила 522 вылета, запустила 100 крылатых ракет, сбросила 1400 тонн бомб разных типов. Один удар крылатыми ракетами по Дейр ез-Зор (Deir ez-Zor) убил более 600 боевиков. Ясно, что ИГИЛ несет огромные потери. Авиаудары “понарошку” коалиции “понарошку” возглавляемой США наверное создали у них ложное ощущение безопасности, а сейчас они видят, что сверхдержава может на самом деле сделать, если хочет.

Я уверен, что Россия может поддерживать такую интенсивность действий долго: хотя запасы новейших Калибр-НК невелики, Россия сейчас использует огромные запасы крылатых ракет и бомб времен холодной войны. У России скорее кончатся мишени чем эти стратегические боеприпасы. Кстати, это не шутка: нет никакого смысла стрелять многомиллионными крылатыми ракетами по второстепенным или даже тактическим целям. Ситуация проще с более дешевыми бомбами, но проблема в том, что цели ИГИЛ разделятся на две категории: уже разрушенные и хорошо спрятанные. В этот момент российское вмешательство не станет бесполезным, но оно достигнет пункта, когда результаты будут все уменьшаться, и в финансовом и стратегическом смысле. Это произошло с США и НАТО в Косово и с Израиле в Ливане. Конечно, Англо-Сионисты тогда переключились на “инфраструктурные” и “поддерживающие” цели, что, по сути, является террористическими ударами по мирному населению. Россия не начнет систематическую политику военных преступлений, так что разбомбить Ракку в пыль – это не то, что Россия сделает (напротив, США, наверное, это сделают). Это оставляет только морской компонент российских сил.

Основной задачей российского флота была защита российской логистики и новой российской авиабазы в Латакии. Похоже, что несмотря на российские опровержения, в Хмеймим есть C-400, а если нет, то С-300. Так что задачи ПВО российского флота теперь сменилась задачей поддержки снабжения российских войск, которая не только останется, но и, я думаю, расширится. Этим Россия может принести максимальную пользу, и здесь она далека от своего предела: помочь сирийцам перевооружиться, перегруппироваться, реорганизоваться, обучиться, и “в конце” предоставить им сравнительно современное оружие (хотя бы эквивалентное тому, что есть у ИГИЛ). Я думаю, что после четырех лет войны сирийцы нуждаются буквально “во всем”, и в этом Россия может сыграть критическую роль.

Российские военно-морские силы, направленные в Сирию, весьма значительны. Посмотрите:

(Файл с высоким разрешением здесь: https://www.mediafire.com/?k8nrpe24o55laft )

Это немалая сила. Но были спекуляции, что российский авианосец “Адмирал Кузнецов” может присоединиться к силам ВМФ возле Сирии. Мне кажется, что это маловероятно. В отличие от авианосцев США, “Адмирал Кузнецов” был построен, как база ПВО (чтобы защищать базы подлодок), а не как авианосец, способный наносить удары по земле. Конечно, если нужно,”Адмирал Кузнецов” может использоваться для укрепления ПВО Сирии или российского контингента в Сирии, но это не то, что прямо повлияет на ИГИЛ. Но я бы не сбрасывал “Кузнецова” со счетов: по последним сведениям, он будет патрулировать в районе Кольского полуострова, но это может измениться.

В смысле прямой поддержки наступления, у России есть возможность использовать крылатые ракеты с подлодок, но поскольку 25 стратегических бомбардировщиков уже их используют, это не сильно изменит ситуацию. Я думаю, что Россия выделила столько средств, сколько она может. Единственное, что она может сделать сейчас, это увеличить поставки современного вооружения Сирии и предоставить инструкторов для обучения сирийцев. По моему мнению это, в сочетании с сильной политической кампанией, чтобы заставить Запад принять реальную ситуацию, скорее всего и будет российской стратегией на будущее: продолжать бить ИГИЛ, восстанавливать сирийскую армию, и “взаимодействовать” с западными “партнерами” России.

Честно говоря, в заключение я скажу, что эта российская стратегия эффективна в военном отношении и морально правильная. Россия не может выиграть эту войну за сирийцев. Единственно, что Россия может сделать, это оказать действенную помощь, и это она и делает.

В ситуации, когда Хезболла, похоже, достиг своего предела, большим неизвестным остается Иран: решатся ли иранцы прислать больший контингент наземных сил, чтобы ослабить давление на сирийцев? Я надеюсь, что нет – потому что это будет значить, что сирийцы могут обойтись и без такой помощи, но я думаю, что расширение иранского участия весьма вероятно.

Что касается сирийцев, то Асад только что заявил, что он останется у власти до разгрома ИГИЛ. То есть, Асад отплатил Западу его же монетой, заявив, что “уход” (разгром) ИГИЛ – это условие его ухода. Время покажет, поза ли это, или настоящая уверенность в себе.

А что же “незаменимая страна”?

Я знаю, что ругать США всегда популярное занятие, но при всей моей вражде к Англо-Сионистской Империи, я должен признать, что США оказались в плохой и запутанной ситуации: они создали кровавый бардак, и потом политически загнали себя в угол, поскольку все их так называемые “региональные союзники” по сути нелояльны и преследуют собственные интересы. Если посмотреть на отношения США с такими странами, как Турция, Катар, Саудовская Аравия, или Израиль, трудно понять, кто кого использует, и не вертит ли хвост собакой. Возьмем Катар: присутствие CENTCOM в Катаре дало им ощущение безнаказанности, что породило наглость и безответственность. Катарцы хотели избавиться от Асада, чтобы доставлять свой газ в Средиземное море, но теперь они оказались прямо вовлечены в подрыв российского гражданского самолета. Что же касается их желанного газопровода, они теперь могут о нем забыть по крайней мере лет на десять. Было это умно? Или, что еще важнее, хороший ли Катар союзник США? А что Турция, которая активно поддерживает, финансирует, вооружает и тренирует ИГИЛ (и Аль-Каиду – одна банда!) под защитой НАТО? Они, похоже, не могут решить, кто хуже, Асад или курды, и поскольку они боятся обоих, они поддерживают людоедов-социопатов. Это хороший союзник США? Я уж не говорю об Израиле – мы все знаем, что AIPAC управляет Конгрессом, и что неоконы пытаются управлять Белым Домом. Но это не вызывает большой любви или верности у израильтян, которые все время рассматривают “российский вариант” (сотрудничество с Россией) чтобы чего-то добиться на Ближнем Востоке. Кроме того, пока медленный геноцид палестинцев сумасшедшими сионистами, которые сейчас у власти, продолжается, союз с Израилем вызывает ненависть всех остальных. По крайней мере, в отличие от других “региональных союзников” США, израильский режим стабилен, весьма предсказуем, и может осуществить много насилия. Так что по сравнению с саудовцами, израильтяне выглядят весьма привлекательно. Тем не менее, в конечном счете США должны попытаться вывернуться из этого бардака без того, чтобы вызвать отчуждение у союзников, но и не позволить им собой манипулировать.

Некоторые считают, что самой правильной политикой США было бы сотрудничество с Россией. Это, конечно, было бы разумно для США, как страны, но совершенно неприемлемо для США как Империи. Для американской Англо-Сионистской Империи и закулисных сил, которые ею управляют, Россия представляет намного большую угрозу, поскольку Россия угрожает имперскому статусу США. США может быть либо “незаменимой страной” и мировым гегемоном, либо “нормальной страной” в цивилизованном многополярном мире управляемом законам. США не могут быть и тем, и другим. Так что, когда “глубинное государство” США категорически отказывается от осмысленного сотрудничества с Россией, она действует логично, во всяком случае, со своей точки зрения. Как любая Империя, США видит свои отношения с любым конкурентом, реальным или потенциальным, как игру с нулевой суммой, что значит, что все, что хорошо для России, плохо для США, и наоборот. Да, это безумие, но так функционируют Империи. Отсюда нынешняя политика США: единственно хорошая коалиция, это та, где США во главе, любые анти-российские силы нужно поддерживать, не будет никаких переговоров с Россией, только требования и ультиматумы, и т. д. Добавьте полное отсутствие образованных и компетентных дипломатов (американцев посылали на каждых переговорах с Россией), и вы поймете, почему США не хочет занимать никакую другую позицию, кроме враждебной и конфронтационной, с Россией.

США в невероятном бардаке, и приближающиеся выборы еще больше ухудшают ситуацию, что делает США непредсказуемыми. Наверное, есть небольшой шанс, что французы могут создать прецедент сотрудничества с Россией, но я на это не рассчитываю. Может быть, если еще одно массовое убийство будет совершено в Европе, особенно в Германии, но и тогда это будет маловероятно. Но ведь были случаи в истории, когда раб давал хороший совет хозяину, и может быть, это сейчас случится. Я надеюсь на это.

Дополнение: ошибался ли я в своих предсказаниях по поводу российского вмешательства в Сирии?

Мне кажется, сейчас самое время ответить тем, кто говорит, что я ошибался в своих предсказаниях по поводу российского вмешательства в Сирии. Я мог бы это сделать, как только меня в этом обвинили, но я решил, что делать это в атмосфере “вперед, Россия, вперед!” было бесполезно. Многие в то время были уверены, что это “конфликт века (ни больше, ни меньше), “катализатор изменения ситуации”, и что ИГИЛ настал конец. После семи недель вмешательства, я предлагаю посмотреть, что я на самом деле говорил.

Во-первых, я никогда не говорил, что никакого военного вмешательства не будет. Я повторял много раз, что я не могу доказать негативное утверждение, что вмешательство может произойти, и я даже предположил, какое именно (поддержка разведданными, обучение, и поставки оружия). Все, что я говорил, это то, вмешательства, о котором говорили 7-8 недель тому, не будет: никаких российских наземных сил, никаких МиГ-31, никакой армии в Дамаске, никаких десантников, и т. д. И действительно, такого вмешательства не было. Более того, я говорил, что идея, что Россия может “защитить” Сирию от НАТО смешна. И она таковой и остается. Разве кто-то серьезно верит, что российский контингент в Сирии обладает такими возможностями? Если кто-то в это верит, я могу продать им Луну. Я готов признать, что я не думал, что Путин согласится на такой, с моей точки зрения, рискованный вариант: отправить небольшие силы в Сирию, только-только достаточные, чтобы облегчить положение сирийцев, дать им реорганизоваться, и контр-атаковать. Это я, действительно, упустил. Как и все другие, которые предсказывали намного большее российское вмешательство (с МиГ-31 и прочей бессмыслицей). Я также признаюсь, что я до сих пор удивлен, что русские, которые предпочитают избегать рисков и интервенций, пошли на такой рискованный шаг, и я восхищаюсь тем, как они провели эту операцию. Но никто не предсказал то, как они это сделали.

Во-вторых, меня обвиняли за опасения, которые я высказал по поводу ограниченных возможностей воздушной операции, особенно такой небольшой. Теперь, когда Россия использовала крылатые ракеты и стратегическую авиацию (что я, кстати, предсказывал), кто-то может сказать, что я ошибался по поводу ограниченных возможностей использования авиации против ИГИЛ, особенно при маленьком количестве переброшенных самолетов?

В-третьих, я говорил, что российские юристы и население не одобряют интервенций в других странах. Это остается фактором, который ограничивает выбор Кремля. Именно поэтому российские официальные лица изо всех сил подчеркивают, что вмешательство в Сирии преследует в первую очередь российские национальные интересы.

Я хочу восстановить сегодня истину не из-за личных обид, а потому, что мне надоело отвечать на токсичную комбинацию лживых обвинений и ура-патриотических предсказаний. Вопли о победе, размахивание флагом, о похлопывание по плечу терпимы, пока вас не послали на фронт. Потом они становятся неприличными.

Есть люди (и их немало), которые обвиняют меня в “пессимизме” и публикации “пораженческих” материалов, в то время как нужны “позитивные” и “вдохновляющие” эссе. Если это обвинение, то я признаю свою вину. Но я бы добавил, что я вижу свою роль не в этом. Моя задача – писать честные и правдивые аналитические материалы, независимо от того, воспринимаются ли они как “позитивные” или “пессимистические”. Есть много “позитивных” и “вдохновляющих” блогов, и если вы хотите этого, их легко найти.

Наконец, меня обвиняли за то, что вначале я писал, что надо дождаться фактов прежде чем делать выводы по поводу рейса 9268, и за то, что я сказал, что моя собственная рабочая гипотеза состоит в том, что это была бомба. Потом меня обвинили в наивности, когда я сказал, что я сомневаюсь, что Россия будет об этом врать. Я знаю, что еще есть люди, которые верят, что это сделали израильтяне или что это было сделано каким-то оружием направленной энергии. Никогда не было доказательств ни одной из этих гипотез и я очень сомневаюсь, что они появятся в будущем. На что мне могут сказать: “отсутствие доказательств – это не доказательство отсутствия”. Как хотите. Теоретически возможно, что рой субатомных НЛО это сделал. “Возможно” – это очень низкий уровень, потому что почти все возможно. Но “вероятно” ли это? Как только критерий доказательств поднят выше “возможно”, все эти теории рассыпаются. Опять же, другие могут исследовать всяческие гипотезы “возможного”, но я буду держаться тех, которые по крайней мере “вероятны”.

В конечном счете вы – читатели – выбираете то, что вам нравится. Есть большая и разнообразная блогосфера, и это очень хорошо. Я стараюсь дать логичный анализ основанный на фактах, и я не пытаюсь выиграть соревнование по популярности или “вдохновить” вас (если вы, конечно, не находите логичный анализ основанный на фактах вдохновляющим).

Разъяснив это, я больше не буду этого делать в следующий раз, когда меня обвинят в том, что я написал что-то, чего я никогда не писал, или в том, что я не поднял настроение хороших ребят.

Балобан (The Saker)